А.Н.Беляев. Был глубокий эконом

 

Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Ленсовет-XXI 35 лет спустя. Политика. История. Философия. Депутаты. Демократия. Либерализм. Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Lensovet. St. Petersburg City Council. Lensovet-XXI 35 years later. Politics. History. Philosophy. Lensovet. St. Petersburg City Council.

В.Волошина, С.Слюсаренко
И был глубокий эконом

«Вечерний Ленинград», 17 июля 1991 г. №163, с. 2.

Наш собеседник – председатель Ленсовета А.Н.Беляев

Содержание.

• Хочешь лучше узнать человека — дай ему власть
• У нас наступил какой-то момент сумасшествия
• Я шел на компромиссы со своими взглядами
• Не буду раскрывать всех секретов
• Ленсовету пора принимать законы, а не временные положения
• Мне нравятся стройные брюнетки

ХОЧЕШЬ ЛУЧШЕ УЗНАТЬ
ЧЕЛОВЕКА — ДАЙ ЕМУ ВЛАСТЬ

Так говорили древние, это справедливо и сейчас.

А.Н.Беляев недавно стал во главе представительной власти города. У него новый взгляд на принципы работы Совета, иной стиль общения с депутатами. По-другому выглядит и ситуация в городе после выборов мэра. А.А.Собчака все чаще называют хозяином города. Именно он выступает теперь официальным представителем Ленинграда в стране и за рубежом...

В новых условиях роль Совета и его председателя, естественно, должна измениться. Но как бы они ни трансформировались, нельзя забывать, что для успешной работы сильная исполнительная власть должна контролироваться не менее сильной законодательной. Нужна естественная система противовесов.

Сильную мэрию берется обеспечить мэр. Ленсовету, чтобы быть достойным оппонентом, пора бы стать единым. И разумная компромиссность нового председателя, как показала IX сессия, может помочь этого долгожданного единения достигнуть.

— Александр Николаевич! В тот первый день после выборов вы, казалось, почти не волновались. Так были уверены в себе?

—  Я шел на эту работу с чувством страха. У меня практически нет опыта работы на руководящих постах, нет каких-то отработанных навыков. Поэтому, наверное, и время расходую не всегда эффективно, в ущерб себе. И совершенно четко представляю, что личная жизнь у меня практически закончилась.

У НАС НАСТУПИЛ КАКОЙ-ТО МОМЕНТ СУМАСШЕСТВИЯ

Почему ленинградцы разочаровались в депутатах? Почему горячие симпатии и надежды за два года работы Ленинградского Совета сменились охлаждением и даже неприязнью? Причина, пожалуй, ясна: прошли одна за другой девять сессий, а в магазинах не стало богаче, на улицах —  чище, в кошельках —  больше. Мы напрямую связываем эту цепь с работой демократического Ленсовета (не желая почему-то замечать, что в городах, где работают другие Советы, положение ничуть не лучше).

Но, как говорится, надежда умирает последней. Известное противостояние Ленсовета и Собчака сработало, как мерные весы. Чем меньше тянул Ленсовет, тем выше взлетала популярность Собчака. И теперь горожане надеются на мэра, на мэрию, на сильную хозяйскую руку.

Собчак сложил с себя полномочия депутата Ленсовета, неласково попрощался с депутатами, но довольно приветливо отнесся к своему преемнику на посту председателя Совета А.Н.Беляеву.

И новый председатель Совета не скрывает своих симпатий:

—  С Анатолием Александровичем я познакомился еще перед выборами. Он выступал в Университете. И дело было даже не в словах, не в программе, просто чувствовалось, что это яркая личность, способная на лидерство, причем лидерство на самом высоком уровне.

—  А как вы относитесь к нему сейчас, два года спустя?

—  Неоднозначно. Хотя при выборах мэра проголосовал за него. У меня с ним всегда были хорошие, спокойные, деловые отношения, которые, я надеюсь, сохранятся и сейчас. Видите ли, непонимание между депутатами и Собчаком действительно существует. Просто он имеет более широкий политический кругозор, и мотивы его решений, поступков определяются не только ситуацией в Ленсовете, городе, но и общей ситуацией в стране и мире. Это его беда и вина, что он не находит нужным других поднимать до своего уровня.

—  Вы —  другой?

—  Понимаете, я считаю, что каждый руководитель, помимо того, что он имеет право высказывать личную точку зрения, должен выполнять еще и свои обязанности. Моей обязанностью является выполнение решений Ленсовета. И я буду отстаивать те позиции, по которым решение Ленсовета уже принято.

—  Даже если они противоречат вашей позиции?

—  Решение есть решение. Если оно незаконно, то, конечно, я его отстаивать не буду. Но если оно принято в рамках закона и соответствует Конституции, то я буду проводить его в жизнь. Я вообще считаю, что у нас наступил какой-то момент сумасшествия. Все вдруг сочли, что они являются абсолютно свободными личностями без каких-либо обязательств. Нет, извините! Такого не должно быть: личное в этом случае должно уступить. Кроме того, депутаты ждут от меня совершенно иного стиля взаимоотношений. Ждут, что я с каждым поздороваюсь, с каждым переговорю, каждого приму по его первому требованию. Мне придется все это делать, но, честно говоря, в ущерб отдыху, еде, сну...

Я ШЕЛ НА КОМПРОМИССЫ СО СВОИМИ ВЗГЛЯДАМИ

Признаемся, и мы отняли у Александра Николаевича время от отдыха. И даже напросились к нему домой, так как вырвать час для разговора в Ленсовете оказалось совершенно невозможным. Он действительно принимал одного депутата за другим.

Зато было время понаблюдать, поразмышлять, проанализировать. «Новый» председатель, на первый взгляд, резко отличен от «старого». В нем нет жесткости настолько, что даже рука, протянутая для рукопожатия, показалась слишком мягкой.

Речь —  негромкая, растянутая. Одно из самых употребимых слов в ней —  слово «компромисс».

И очень хотелось понять, склонность к компромиссам —  это заранее продуманная позиция в связи с ситуацией в Ленсовете или давняя черта характера?

Домашняя атмосфера маленькой двухкомнатной квартиры в «хрущевской» пятиэтажке, так отличная от роскошной официальности Мариинского дворца, располагала к более личностным вопросам:

—  Вы, наверное, были отличником?

—  Да, был два раза в жизни. В первом классе и по итогам сдачи кандидатских экзаменов в аспирантуре.

—  Что же так мало? У вас ведь семья, как у Ленина: мама —  учитель, дед —  тоже учитель...

—  Честно говоря, советская школа не вызывала у меня особых восторгов. Увлекали, правда, история, экономическая география, политика, особенно общественные науки.

—  Увлекали общественные науки? И не казались они вам, ну, скажем так, странными?

—  Я проходил их самостоятельно.

—  Значит, выбор экономического факультета Университета был осознан. Вы поступили сразу?

—  Да, после школы. Правда, после первого курса пришлось уйти. Не все экзамены сдал.

—  Почему не сдали?

—  Наверное, был недостаточно подготовлен. Я ведь очень самолюбивый человек. А у нас на экономическом учились, как правило, дети профессуры, обкомовских работников, руководителей МВД, КГБ. Они вышли из другой среды, и знаний у них, во всяком случае, поверхностных, было побольше. Так что я почувствовал себя на вторых ролях. В армии подготовился солиднее: прочел Маркса, Ленина, Энгельса.

—  Там были условия для учебы? Где вы служили?

—  В Западном Казахстане, в стройбате. Под Актюбинском строили вторую очередь завода по производству серной кислоты. Вода там текла желтая, красненькая, зеленая. В озере вообще раствориться можно было. Жуткие совершенно цехи, где работали в основном зеки. Первые полгода прошли просто в состоянии легкого шока, потом стало легче. К концу службы приобрел специальность —  электросварщик четвертого разряда. Так что в случае чего могу быстро переквалифицироваться.

—  И после армии —  опять на экономический?

—  Во второй раз выбор был более осмыслен, я твердо знал, какую специальность выбираю. И о выборе не желею до сих пор. Хотя все, чему нас учили, —  в чистом виде идеология.

—  Вы ведь специализировались на политэкономии социализма?

—  Да нет у нас четкой специализации на политэкономию социализма и политэкономию капитализма. Все мы, преподаватели политэкономии, экономики. Мне на самом деле очень хотелось преподавать Я если и шел на компромиссы со своими взглядами, те только ради того, чтобы работать в интересующей меня области. Пусть уж лучше я буду преподавать студентам то, что я знаю, чем люди иных взглядов.

—  А как звучит тема вашей диссертации?

—  Она вряд ли что скажет неспециалисту: «Закон экономии времени и управление в сфере природопользования».

—  Вы ее защитили?

—  Нет, не успел...

НЕ БУДУ РАСКРЫВАТЬ ВСЕХ СЕКРЕТОВ

Два года назад, сперва став одним из лидеров движения Ленинградского Народного фронта, доверенным лицом М.Е.Салье, затем депутатом Ленсовета, диссертацию А.Н.Беляев отложил, может быть, и навсегда.

Сегодня можно только гадать, что заставило его так круто изменить свою жизнь: свернуть с накатанной колеи карьеры ученого —  Университет, аспирантура, диссертация — и с головой окунуться в политику. Сам Александр Николаевич ответил на этот вопрос несколько лукаво.

—  Это имеет свою определенную предысторию. Не буду раскрывать всех секретов, но по стечению обстоятельств еще в застойные годы я был хорошо знаком, с одной стороны, с нашей номенклатурой, а с другой, —  с участниками диссидентского движения. Причем связи были не профессиональные, не карьерные —  чисто личные.

Общение накладывало свой отпечаток, и еще два года после того, как началась перестройка, я не верил, что в этой стране может что-либо измениться. Но решил, что надо принимать в этом участие безотносительно к тому, что получится.

—  То есть строить дом без надежды в нем жить?

—  Это наш последний шанс.

—  Как известно, вы вступили в КПСС в 1983-м, одном из застойных годов. И были перед выборами в Ленсовет коммунистом?

—  Был.

—  И это вам не мешало!

—  Ну, будто бы не мешало. Я даже радикалом числился в Народном фронте. Когда все смирились, что по Невскому району идет один кандидат —  Соловьев, мы первые вышли на пикеты... Кстати, у меня били большие неприятности.

—  Какие?

—  Скажем, звонили «товарищи с Литейного» (подразумевается адрес: Литейный пр., д.4, где располагается Управление КГБ по Ленинграду и Ленинградской области. – П.Ц.) заведующему кафедрой, декану. Правда, в Университете уже не так, как раньше, реагировали на эти звонки.

ЛЕНСОВЕТУ ПОРА ПРИНИМАТЬ ЗАКОНЫ,
А НЕ ВРЕМЕННЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Звонки были разные. Так, однажды1 Александру Николаевичу позвонили друзья по группе «Демократические выборы-90» и, пристыдив за бездеятельность, предложили на выбор несколько свободных округов.

Он выбрал 110-й в своем родном Кировском районе, прошел со второго тура и возглавил в Ленсовете планово-бюджетную комиссию.

—  Александр Николаевич, по итогам работы двух лет заметно, что ваша комиссия в Ленсовете работала наиболее слаженно. Что, подобрались единомышленники?

—  Нет, были и правые, и левые, люди, стоящие на совершенно непримиримых позициях. Но в конкретной работе мы все же старались прийти к компромиссу. И нам это удавалось.

—  Чего не скажешь о Ленсовете в целом...

—  Да, там очень трудно доказать что-то на цифрах, на конкретных примерах. Депутаты смотрят не на смысл предлагаемого, а на лицо, которое вносит предложение. Нет серьезного обсуждения, подготовки к нему ни до сессии, ни на сессии. В какой-то степени следствие того —  столь частое проведение сессий. И здесь я целиком согласен с Собчаком, когда он говорит, что нет смысла так часто собираться всем составом.

—  Ленсовет уделяет так много внимания своим внутренним вопросам: процедурным, по мотивам голосования, появились и свои «специалисты» по регламенту: как выдвигать, от каких групп и в каком порядке... Намерены ли вы изменить подобную практику?

—  Надо, чтобы слово «Ленсовет» зазвучало. Надо переcтать быть местечковым Советом. Ведь если условно разделить законы на тонкие, средние и толстые, то Ленсовет, в основном, принимает тонкие. Это не проекты законов, а, так сказать, временные положения. Но мне кажется, что в Ленинграде есть достаточно сильный экономический, правовой, научный потенциал, чтобы разработать свод законов, если хотите, хартию города Ленинграда. А петом предложить Верховному Совету России принять ее, На это не нужно жалеть денег. И перейти к профессиональной работе групп экспертов и разработчиков.

—  Если переходить на профессиональный уровень, то, может быть, и не нужен Совет, в котором около 400 человек! Может, обойтись муниципальным, как предлагает новый мэр?

—  Муниципальный совет уже предусмотрен недавно принятым законом о местном самоуправлении России, но окончательное решение —  создавать его или нет —  принадлежит самому Ленсовету.

—  Неужели вы думаете, что депутаты Ленсовета добровольно пойдут на самосокращение?

—  Думаю, что наиболее оптимальное число депутатов —  100. Не более. Но это при новых выборах. А пока надо создавать постоянно действующий орган Ленсовета. Это может быть президиум, расширенный президиум или, как предлагает комиссия по законодательству, постоянная палата, аналогичная Верховному Совету России или СССР.

МНЕ НРАВЯТСЯ СТРОЙНЫЕ БРЮНЕТКИ

Беседа затягивалась заполночь. Маленькая комната, половину которой съедали книги, уже давно плавала в сизом табачном дыму (новый председатель много курит, так что есть надежда, что с табаком дела в городе наладятся). Сквозь дым на стеллажах проглядывало темно-синее, видимо, пятое, последнее издание собраний сочинений Ленина, рядом с ним «плечом к плечу» выстроились классики марксизма-ленинизма.

Ближе к столу и дивану лежали книги в менее внушительных переплетах и с менее взрывоопасным содержанием: Дрюон, Дюма, Покровский, сборники поэзии. Как выяснилось, вкус у Александра Николаевича «престижный»: поэзия Ахматовой, Цветаевой, Гумилева, Анненского, Волошина, восточная литература, особенно нравится японская...

На чай мы уже не напрашивались, хотя так приятно почаевничать с власть предержащим человеком, а вот остатки яблочного сока, кислого и холодного, из холодильника выпили. Холодильник, пустой, старый, похожий на сейф, был практически пуст. Так что потом мы ругали друг друга за то, что лишили нового председателя Ленсовета позднего ужина. Пытаясь смягчить этот проступок, огорчившись усталости и измотанности Александра Николаевича, перестали расспрашивать его о Ленсовете. И только несколько вопросов, так сказать, на пороге...

—  Родители не были в ужасе от вашего избрания?

—  Они узнали об этом только из сообщений по телевидению и сразу же примчались. Поздравили, конечно, хотя чувства у них были смешенные: и радости, и гордости, и жалости. Попеняли, что внуков теперь уж точно не дождутся.

—  А кстати, если вопрос не покажется слишком личным, почему вы до сих пор не женаты?

—  Обычно я отвечаю на этот вопрос: так получилось. Конечно, как у любого мужчины, у меня были женщины, но не нашлось еще такой, которая бы мне целиком и полностью подходила. Что называется —  единственная... Впрочем, может, такая и была, да не сложилось.

—  А какие женщины нравятся? Ведь, по вашим-то собственным словам, вы стали первым женихом в городе.

—  Стройные брюнетки.

—  Умные?

—  Ну, скажем так, умные по-женски.

Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Ленсовет-XXI 35 лет спустя. Политика. История. Философия. Депутаты. Демократия. Либерализм. Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Lensovet. St. Petersburg City Council. Lensovet-XXI 35 years later. Politics. History. Philosophy. Lensovet. St. Petersburg City Council.

На первую страницу сайта