Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Ленсовет-XXI 35 лет спустя. Политика. История. Философия. Депутаты. Демократия. Либерализм. Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Lensovet. St. Petersburg City Council. Lensovet-XXI 35 years later. Politics. History. Philosophy. Lensovet. St. Petersburg City Council.
| Во время ярославльского мятежа (1918) было много мародерства с обеих сторон, а после его подавления красными всех мужчин собрали на площади и подвергли децимации — каждого десятого расстреляли. Моему деду тогда повезло. И только в тридцатые годы его лишили прав и выслали в Сибирь, как бывшего торгаша-нэпмана. Владимир Косарев, депутат Ленсовета. Из книги “Записки депутата” |
During the Yaroslavl rebellion (1918), there was much looting on both sides, and after it was suppressed by the Reds, all the men were gathered in the square and subjected to decimation — every tenth was shot. My grandfather was lucky. Only in the 1930s was he stripped of his rights and exiled to Siberia, as a former NEP trader. Vladimir Kosarev, Lensoviet deputy From the book “Notes of a Deputy” |
В.В.Косарев.
Ленсовет и демократия
Извлечения из книги “Записки депутата”
Фракция «На платформе ЛНФ»
В.В.Косарев в 1990 году.
Фото из книги.
В 1990 году победа демократических сил представлялась нам очевидной: Такого числа образованных и романтически готовых работать на благо родного города людей в Горсовете явно не было со времен 1917 г. Ортодоксальные же коммунисты и иные ретрограды оказались в явном меньшинстве. Однако демократические ряды оказались на поверку не столь уж сплоченными: некоторых из них, например, А.Г.Лушникова я видел только на Первой сессии, а другие, например, молодой демократ М.Д.Завирюха, так же неожиданно вдруг куда-то исчезли. Хотя Народный Фронт (НФ) и мог бы сформировать самую многочисленную и наиболее интеллектуальную фракцию, его лидеры — П.С.Филиппов и М.Е.Салье — не смогли укротить своих личных амбиций и каждый создал свою. Петр Сергеевич создал «Конструктивный подход», видимо, считая остальные фракции неконструктивными, а Марина Евгеньевна стала инициатором создания Свободной Демократической Партии России в дополнение к недавно созданной при её же участии ДПР и соответствующей фракции в Ленсовете. Оба эти лидера входили в Президиум Совета, поскольку Филиппов возглавлял Комиссию по промышленности, а Салье – в Комиссию по продовольствию, предложившую введение талонов на водку и другие дефицитные продукты. Последнее обстоятельство дало коммунистам повод для ерничанья: в «Ленинградской Правде» появился фельетон «Моцарт и Салье», в котором рассказывалась о том, как Марина Евгеньевна угощала гениального композитора нашей «докторской колбаской» и водочкой, и чем это для него закончилось, поскольку то, что русскому здорово, то для немца, как известно, – смерть.
Мариинский дворец в 1990 году
===================================
Впоследствии возникало и распадалось немало фракций с ничего не говорящими названиями типа «Март», объединяющих людей не по идейным позициям, а по личным симпатиям и амбициям. Тогда же я оказался в числе небольшой группы депутатов, выступившей с инициативой широкого объединения снизу на базе предвыборной платформы Народного Фронта (НПНФ). Так была создана довольно многочисленная фракция и, на мой взгляд, наиболее последовательно следовавшая курсом демократических реформ. Впоследствии (в 1991 году) газетой «Смена» был проведен анализ поименных голосований депутатами нашего Совета на предмет их верности реформаторскому курсу (радикальности в реформах). За эталон было взято то, как голосовал один из лидеров нашей фракции С.Н.Егоров. Ближе все к нему по результатам голосований оказался сидевший рядом с ним В.К.Смирнов. По этой шкале я оказался хоть и реформатором, но, естественно, не таким крутым, как Егоров. Наверное, все дело было в том, что я далековато от него сидел.
Коффициент радикализма депутата Косарева в 1991 году.
Он на 47-м месте среди 378 депутатов, что свидетельствует
о достаточно сильной тяге к реформам
и напряжённом протесте против тоталитарных порядков СССР.— П.Ц.
Тогда же я обошел всех депутатов, избранных, как и я, из Московского района, предлагая им вступить в нашу фракцию. Кто-то вступил, кто-то нет, но один из них, депутат Ватаняр Саидович Ягья, на следующий день позвонил мне и сказал, что может вступить в нашу фракцию, если мы выдвинем его в Председатели одной из Комиссий. И эти председатели вместе составят Президиум Совета. Я ответил, что вступить к нам могут все, но кого рекомендует фракция, заранее я сказать не могу. В результате к нам он так и не пришел, но был, зато и так избран Председателем комиссии по внешним связям как университетский профессор, африканист, знаток восьми иностранных языков вместо конкурировавшего с ним члена нашей фракции Андрея Болтянского. Говорят, что за время работы этой комиссии в знаниях каких бы то ни было иностранных языков Председатель оной никогда замечен не был. Наверное, все его восемь языков были африканскими.
Многие были очень не довольны деятельностью этой комиссии, и в результате она была нами распущена, а вместо нее был создан Комитет, куда все остальные комиссии делегировали своих представителей. Ягья же после этого устроился советником мэра и потом уж в Мариинском дворце появлялся очень редко. Недавно на встрече моих сокурсников выяснилось, что один из них является его родственником, и я рассказал ему то, что знаю сам. В ответ он мне сказал, что все это клевета и что бескорыстие его родственника-парламентария подтверждается хотя бы тем, что живет он до сих пор в той же самой квартире в Московском районе. Другие же люди говорят, что квартира эта, судя по всему, ведомственная, а все заметные предметы роскоши: квартиры, «Мерседесы» и пр. нарастают не у него самого, а у его ближайших родственников.
Выборы председателя Совета и мэра Ленинграда
Казалось, что проблема эта не такая сложная, поскольку на каждом из первых своих заседаний мы выбирали председательствующего, и были опробованы разные кандидатуры. Поначалу с этой ролью неплохо справлялся П.С.Филиппов, но он полностью потерял свой авторитет, когда попытался манипулировать залом подобно Лукьянову в остром вопросе о телевидении, освещавшем тогда ход нашей сессии
Страница создана
12 марта 2026.
Page created
on March 12, 2026.
Неплохо получалось ведение и у С.Н.Егорова, но свой авторитет он сразу же подорвал тем, что распорядился убрать из фойе лотки с очень вкусными пирожками, которые можно было купить в перерыве (закрыл буфет, в котором во время голосований коротали время недисциплинированные депутаты). У некоторых депутатов возникло даже предложение во время перерыва лишить Егорова за этот проступок «депутатской неприкосновенности». Эти пирожки, и вообще вся столовая Мариинского дворца, а затем и ставшего доступным для нас Смольного, создавали немалые трудности в депутатской работе, поскольку все продукты, поставляемые туда из спецхозяйств, были экологически чистыми и вызывали такое приятное послевкусие, которое я потом испытывал, только посещая благополучные страны за рубежами нашей Родины. Поэтому трудно было удержаться, чтобы чего-нибудь там не съесть, а после этого приходилось из всех сил бороться с надвигающейся дремой. Поскольку вся Первая сессия проходила под неусыпным оком телекамер и ярких софитов, пришлось срочно искать очки с тонированными стеклами. Вообще депутатская деятельность оказалась очень вредной для здоровья: приходилось вкусно есть и много заседать, что приводило к полноте, не говоря уже о измотанных нервах. Вскоре я почувствовал это на себе и уверяю вас, что депутатские надбавки и льготы надо рассматривать как доплату за вредность этой профессии.
В качестве одного из кандидатов на пост спикера рассматривалась кандидатура Ю.Ю.Болдырева (депутата Съезда СССР), но он сказал, что эта должность его не вдохновляет, а Председателем исполкома, фактически мэром, вскоре был избран Александр Александрович Щелканов. Тоже союзный депутат. Не знаю, кто первым сказал: «Э…» и подсунул нам идею ожидания довыборов в депутаты (по одному из остававшихся вакантными избирательных округов) А.А.Собчака, но вскоре целая группа депутатов отправилась просить его «на царство», и результаты не заставили себя долго ждать. Уже через месяц или два после его избрания Председателем Совета в одной из газет появилась статья: «Как поссорились Анатолий Александрович с Александром Александровичем». Щелканов довольно быстро осваивал новую для себя роль, но был для нее излишне щепетильным. Когда я, пытаясь помочь одной экологической организации, подошел к нему в зале и попытался, поговорив с ним, получить у него резолюцию на письме к подчиненному ему лицу, то, посмотрев на письмо и увидев кому оно адресовано, он не стал его дальше читать, сказав: «Я чужих писем не читаю!».
Вторым раздражителем стал скандал с квартирой вновь избранного Председателя Совета, когда Исполкомовское бюро обмена, имевшее возможность добавлять кому надо пустующие комнаты при оформлении обмена, «обменяло» ему квартиру в 9-этажном «корабле» на окраине Выборгского района, где он ранее жил, на роскошную квартиру на Мойке. Естественно такая операция воспринималась как завуалированная взятка, а Председатель наш, ничуть не смущаясь, публично обличал ленсоветовских швондеров, пытавшихся его снова «уплотнить». В качестве аргументов приводилась необходимость проложить спецсвязь и поставить охрану, но для этого можно было бы вполне выделить и специальную ведомственную резиденцию типа американского Белого дома для семей действующих руководителей города, которую было бы нельзя затем приватизировать
Третьим скандалом было учреждение «Фонда возрождения Ленинграда», который был наполнен за счет целевых пожертвований разных людей в России и за рубежом во время специально организованного широковещательного телемарафона по Пятому каналу. Эти люди полагались на авторитет нашего Председателя, стоявшего во главе всего этого мероприятия. Однако вскоре выяснилось, что Фонд этот зарегистрирован как частный, и документы регистрации недоступны для депутатской проверки, а средства Фонда растворились после этого неизвестно где. Зато желающие проверить справедливость «законов сохранения» могут, побывав в Репино, посмотреть на роскошный коттедж, принадлежащий сегодня вдове Собчака. Действительно, если в одном месте что-то убудет, то в другом может очень даже заметно прибыть. Когда наш Председатель (А.А.Собчак) далее выступал с какой-нибудь инициативой, я всегда старался понять, зачем ему самому это надо и, чаще всего, через некоторое время мне становилась понятной выгода, ожидаемая Собчаком.
При подготовке своего первого отчета за год наш Председатель собрал нас всех и огласил проект своей речи. Там говорилось, в частности, что расходы на содержание Совета по сравнению с предыдущим созывом многократно возросли. Далее пошли вопросы и выступления. Я сказал тогда, что расходы на содержание Председателя Совета возросли в бесконечное число раз, поскольку ранее такой должности не было вообще, а бесконечность получается, как понимают математики, ведь на ноль делить нельзя. Относить затраты правильно на число жителей. Так, мой оклад освобожденного члена комиссии в 400 руб., в расчёте на одного избирателя моего округа составлял тогда около 50 копеек в год! Собчаку моя ремарка не понравилась.
Осенью 1990 года у нас в Комиссии по экологии сменился Председатель, поскольку к тому времени в качестве наиболее авторитетного лидера проявил себя Игорь Артемьев, но вскоре после этого вся Комиссия была приглашена на ковер к Председателю Совета (познакомиться поближе). Собчак сказал нам, что по его агентурным данным руководство Народного Фронта решило поменять президиум Совета, проведя туда своих людей. Артемьев, избранный депутатом Ленсовета при поддержке Народного Фронта, сказал, что никакого отношения к ЛНФ теперь не имеет. Затем все участники начали представляться и, когда очередь дошла до сопредседателя «Партии Зеленых» Валентина Панова, Собчак спросил у него: «Так это вы дирижируете залом?» Действительно у Панова была особая шариковая ручка в виде большого зеленого пера, и при голосованиях он держал эту ручку пером либо вверх, либо вниз.
Когда мы выбирали Собчака Председателем Совета, коммунисты и ретрограды были против, но тогда они были в меньшинстве. Когда же в 1991 году была предпринята еще она попытка захвата власти в Городе путем введения поста мэра, причем уже заранее было ясно, кто им будет, то тут на его стороне оказались не только ретрограды, но и те, кого мы считали демократами. Идея введения поста мэра, избираемого всенародно, была, как я думаю, той наживкой для демократов, на которую клюнуло наше парламентское большинство, не понимая, что в наших условиях неразвитой гражданственности и инфантильного избирателя этого нам пока что нельзя делать. Вторым был вопрос, совмещать ли эти выборы с выборами Президента России. Было ясно, что в атмосфере спешки никакой альтернативной кандидатуры раскрутить не удастся, хотя реально такой кандидатурой вполне мог бы стать Щелканов, если бы проявил тогда амбиции политика, а не гордо самоустранился.
Во время дискуссии о назначении выборов мэра на ближайшую дату общероссийских выборов наш Председатель, которого мы уже привыкли видеть сидящим барином в президиуме, вдруг снова стал демократом: для того, чтобы задать вопрос он из президиума выходил к микрофону в зале. При голосовании к местам у президиума рванули и все те, у кого не было электронного ключа или те, что делали вид, что у них этого ключа в данный момент нет. Посередине снова сидел наш Панов, а его зеленое перо всем показывало «за». Вопрос был решен минимальным перевесом голосов. Когда же я у него потом спросил, зачем он так активно поддерживал команду будущего мэра, Валентин ответил: «Ну, раз все его так хотят, то пусть они его на свою голову и получат!», хотя у меня лично осталось ощущение, что перед этой сессией «авторитетный манипулятор голосованием» Панов явно побывал на тайном совещании в кабинете Председателя Совета.
Флаг города
Одним из достижений Петросовета стало не только возвращение исторического названия Города, но и восстановление городской символики. За герб с якорями мы проголосовали более или менее единодушно, но затем к одной из последующих сессий Комиссия по культуре подготовила проект решения по флагу Города. Депутатам были розданы бумажные модели, а во время обсуждения вопроса в зал заседаний внесли флаг, напоминавший до боли знакомое «Переходящее Красное Знамя», сделанное из красного бархата и обшитое золотой бахромой.
Помню, как академик Александров вручал что-то подобное тогдашнему директору нашего Института В.М.Тучкевичу. Похоже было на то, что авторы проекта взяли вышедшее к тому времени из употребления Красное Знамя, спороли с него все лишнее и нашили туда вместо этого пару якорей, растянув их при этом на все прямоугольное полотнище, что у меня лично сразу же навеяло ассоциацию с известным флагом со скрещенными костями. Сходство с «Веселым Роджером» было бы еще более полным, если бы они сохранили там не менее знакомый нам с детства профиль Владимира Ильича (Ленина).
В своем выступлении на большой трибуне я обратил внимание собравшихся на эту аналогию и недопустимость любой деформации уже принятого городского герба, что можно было расценить как надругательство над ним. Я предлагал тогда поместить городской герб на фоне белого полотнища подобно тому, как это сделано во многих городах Европы. Однако у приверженцев красного флага голосов оказалось намного больше. На другой день после этого заседания газета «Смена» вышла с передовицей: «Красный Роджер над Городом».
Сегодня мой вариант флага хотя и не является официальным, но иногда встречается наряду с официальным красным. Хорошо однако, что с тех пор никто уже больше не пытался как-то деформировать городской герб. Первоначальный же экземпляр «Красного Роджера» так и оставался в Комиссии по культуре до самого роспуска Совета, когда его вынес оттуда под пиджаком на собственной груди председатель Комиссии по культуре депутат Сергей Басов. Через 15 лет «Роджер» снова воспарил над депутатами Ленсовета на Юбилейном заседании Ленсовета-ХХI, когда Басов торжественно передал его на вечное хранение в Музей политической истории (фото).
Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Ленсовет-XXI 35 лет спустя. Политика. История. Философия. Депутаты. Демократия. Либерализм. Ленсовет. Санкт-Петербургский горсовет. Lensovet. St. Petersburg City Council. Lensovet-XXI 35 years later. Politics. History. Philosophy. Lensovet. St. Petersburg City Council.
Главы из книги «Ленсовет-XXI 35 лет спустя»
Сборник документов и газетных статей
об Анатолии Собчаке, председателе Ленрсовета
и мэре Санкт-Петербурга, которые не нашли
отражения в книге «Ленсовет-XXI 35 лет спустя».
- М.И.Амосов. Выборы Ленсовета XXI созыва
- С.А.Басов. Флаг и гимн города утвердили мы.
- А.Н.Беляев. Деятельность Ленсовета
и ее историческое значение - С.Н.Егоров. 20 лет развития парламентаризма
в Санкт-Петербурге (1990-2010) - А.Р.Моторин. Вместо народного контроля
- А.П.Сазанов, Н.Н.Смирнов, Г.Б.Трусканов,
П.В.Цыплёнков. Тридцать лет без Ленсовета. - П.В.Цыплёнков. Освободить человека
- П.В.Цыплёнков. Избранные места
из воспоминаний друзей - Д.Е.Вюнш-Арский и др. Анатолий Собчак
не возвращал имя Санкт-Петербургу - Воспоминания о Ленсовете XXI созыва. (Анатолий Собчак,
Владимир Жаров, Виктор Смирнов и другие).
Поделиться с друзьями: